• Главная
• Общество

Фото: предоставлено Владимиром Веревкиным

В 63 года военный пенсионер (к слову, в свое время он закончил ту же Высшую школу КГБ, что и Путин) Владимир Веревкин из Черкасс оставил мирную жизнь и отправился на фронт добровольцем, не смог оставаться на покое после полномасштабного вторжения. После тяжелой контузии и ишемического инсульта пришлось демобилизоваться. Все это время Владимира ждал пес Джузеппе. Но верный друг умер вскоре после возвращения хозяина с фронта. 

Чтобы справиться с потерей четвероного друга, Владимир приютил пса, похожего на Джузеппе, - он погибал от голода в покинутом доме на Донбассе. Пса породы кане-корсо назвали Оскаром. Характер у нового питомца оказался сложным, но несмотря на это, он сразу привязался к семье. А еще – забота о нем помогла Владимиру вернуться к прогулкам, которые так необходимы, чтобы восстановиться после инсульта.

О дружбе, которая ставит на ноги человека и помогает вернуть веру в людей собаке, Владимир рассказал Коротко про.

Верный пес Джузеппе умер внезапно после возвращения хозяина с фронта. Фото: предоставлено Владимиром Веревкиным

“Справлялся с бойцами, справлюсь и с характером пса”

- Владимир, вы рассказывали, что на фронте собаки находили вас даже в самых горячих точках. Какой случай вам запомнился больше всего?

- Дело было в Карловке (село в Донецкой области). Хозяева алабая уехали, а ее бросили одну, закрыв в уличном вольере. Раз в три дня или раз в неделю ей приносили воду, но из вольера она не выходила. А вокруг тогда еще шли артиллерийские обстрелы, работали танки, летали самолеты… Собака была ранена и контужена. Состояние у нее было тяжелое. Когти отросли так, что она почти не могла ходить. По плитке передвигалась с характерным звуком - цок-цок-цок. 

Срезать когти не получалось: алабай не давался, а средств, чтобы “приспать” собаку и обработать лапы, не было. К тому же на голове у нее была рана - торчал небольшой осколок. Осколок мы вытащили, рану залечили. Когда ее выпустили, через неделю она немного сточила когти на свободе об асфальт.

Вообще на фронте много брошенных животных. Люди уезжали, оставляя их. Если уж уезжаете - выпускайте. Собака найдет себе пищу, они сбиваются в стаи, и так у них больше шансов выжить. Мы освободили тогда много собак, щенков, котов, других животных. Даже еноты к нам прибивались - у нас жил один енот.

Девочку-алабая оставили одну в закрытом вольере под обстрелами. Владимир с друзьями извлекли осколок из ее головы. Фото: предоставлено Владимиром Веревкиным

- А когда вы вернулись домой, вас ждал Джузеппе. Это очень тяжело терять близкого друга, тем более внезапная смерть. Но потом у вас появился Оскар. Как вы нашли друг друга?

- Оскара тоже бросили хозяева. Пса спасли волонтеры: когда открыли дом, обнаружили собаку всю в лишаях, около месяца Оскар провел без еды и воды. Более того, вместе с ним была заперта его мать, но не выдержала и умерла. Так Оскару пришлось ее подъедать от голода. И он был настолько озлоблен, что уже хотели его усыпить.

Дочь увидела его у волонтеров и сказала мне: "Ну что, поедем забирать?" К тому же мне нужно было заниматься, больше ходить. Когда был Джузеппе, я гулял с ним, хотя это и давалось тяжело. С такими собаками необходимо много работать и много ходить - они по темпераменту холерики.

Поехали посмотреть на него - это было совсем рядом, в Черкасском районе. Приехали, и он сразу направился ко мне. Я с детства люблю собак, поэтому сразу его принял - почувствовал, что он мой. И он ко мне потянулся. Мы только взглянули на него и поняли: это наш пес, забираем. Это уже пятая моя собака.

Уже год он живет с нами, он очень хороший мальчик. Оскар перенес сильный стресс, да и по характеру он охранник. У него доминирует инстинкт защищать и все контролировать: кто где, кто куда сел, как себя ведет. Стоит кому-то протянуть руку в мою сторону - реакция мгновенная. Охранные качества у него развиты сильно. Он подрос, весит больше пятидесяти килограммов - уже настоящий пес.

Оскар легко принял нашу семью - для него больше никого не существует. К посторонним он насторожен, а с нами - как ребенок. Сейчас играет со мной, как котенок. Ему важно быть в центре внимания - даже в поликлинику со мной ходит.

Если жена выходит в магазин, он ложится на порог и ждет. Если выхожу я - делает то же самое. Даже если дома кто-то остается, он все равно лежит у порога и ждет именно того, кто вышел.

Бывает, звонит дочь - он уже бежит к двери и ждет ее. У нее свои ключи. Когда она приходит с мужем, стоит только повернуть ключ в замке - он уже услышал, уже мчится к порогу и ложится ждать. Очень привязался к семье.

Оскар был агрессивным, и его даже хотели усыпить, но любовь человека превратила пса в преданного друга. Фото: предоставлено Владимиром Веревкиным

“Справлялся с бойцами, справился и с характером пса”

- Не возникало мысли, что вы не справитесь с агрессивным псом?

- Нет. Я с кем только ни справлялся. С бойцами своими справлялся, а уж с таким “бойцом” тем более. Такой у меня характер. Я человек добрый, но люблю порядок. Когда нужно, могу и прикрикнуть. Хотя случается это редко. Правда, Оська? Стоит мне появиться - он уже рядом, как хвостик.

- Как Оскар вел себя дома в первые дни?

- Спокойно, постепенно привыкал. Первое время требовались лекарства: вся спина была в лишаях, суставы слабые. Сразу отвели к врачу. За два-три месяца он набрал вес, догнал сверстников. Сейчас это красивый крепкий пес. Немного настороженный к окружающим, но дома всех слушается.

- Тяжело было начинать ходить на прогулки с таким большим и сильным псом?

- Раньше я почти не ходил. Когда он только появился, выводил его по пять раз, теперь - по три. Выходим, гуляем. Сейчас тяжеловато: очень скользко, трудно передвигаться по такой дороге. Даже по делам идти непросто, а тут еще прогулка с ним. Но скоро станет легче. Будем гулять дольше.

- Как проходят ваши маршруты? Кто кого ведет, где гуляете, он помогает вам восстанавливаться?

- Ходим в парк. Мы живем почти в центре - в тихом центре Черкасс. Выходим из дома - парк совсем рядом, раньше он назывался Первомайским, теперь Соборный. Когда есть о ком-то заботиться, это отвлекает от тяжелых мыслей. А они, сами понимаете, бывают. Оскар подойдет, коснется тебя - будто спрашивает: "Ну что?" - и все, уже переключаешься, плохие мысли уходят.

Мы с ребятами почти каждый день на связи, у них там свои проблемы. А Оскар помогает - морально не меньше, чем физически.

- Некоторые называют собак лучшим антидепрессантом.

- На сто процентов. Погладишь его - и ни о чем плохом уже не думаешь. Смотришь, лежит - уже большой, крепкий. У меня раньше и французские бульдоги были, и черный терьер. Сейчас терьера забрали на фронт - ездит с ребятами по позициям. Уже три года с ними.

«Бывает, Оскар подойдет, коснется тебя - будто спрашивает: "Ну что?" - и все, уже переключаешься, плохие мысли уходят». Фото: предоставлено Владимиром Веревкиным

В тему

“Так должен поступать каждый”

- Вы ушли добровольцем на фронт в 63 года. Почему решили идти воевать в таком возрасте?

- Так должен поступать каждый. Это наша земля, никакого подвига здесь нет. Я профессиональный военный. Кстати, окончил ту же академию, что и Путин, только на два года позже. Это была Высшая школа КГБ СССР в Москве - сейчас Академия ФСБ. Поэтому разбираюсь в военном деле.

- Если вы профессиональный военный, наверное, вас ничего не могло испугать на войне…

- Страшно всем. У меня были ребята по девятнадцать лет. Вот о них нужно писать. Девятнадцать лет было Вове - погиб. Трое товарищей пришли к нам: двое живы, слава Богу, а он погиб в 2023-м. У меня день рождения 22 апреля, и в 2023 году он сделал мне такой "подарок".

Конечно, страшно, когда первый минометный обстрел и все остальное. Но потом привыкаешь. Человек ко всему привыкает. Люди должны понимать: если не будешь защищать себя, станешь рабом. Или будешь воевать за другую страну - как сейчас те, кто на оккупированных территориях.

Выбор невелик. А я был физически здоров, всю жизнь занимался спортом - здоровье позволяло. И сейчас пошел бы, если бы мог бегать. 

Мы были в Добровольческом украинском корпусе "Правый сектор". Первые три месяца воевали как партизаны, работали с ГУР - Главное управление разведки ставило задачи, мы их выполняли. Потом нас мобилизовали - с первого мая. А воевать начали с 24 февраля, с первого дня. Активные бои - с марта, но пришли все сразу.

Черный терьер Мишка уже три года на фронте, помогает бойцам. Фото: предоставлено Владимиром Веревкиным

- А как сейчас здоровье, что говорит врач, можно восстановиться так, чтобы снова бегать?

- Врачи говорят, вряд ли. Контузия была очень тяжелая, после нее случился инсульт, пострадала правая сторона. Не знаю, буду ли ходить нормально. Но понемногу, шаг за шагом - двигаюсь. С помощью Оскара, благодаря людям и друзьям. Все решает окружение.

Ко мне приезжают побратимы, спрашивают: "Дед, как ты?" Когда лежал в госпитале в Полтаве, со мной был парень из Бразилии - Давид. Тяжелое ранение головы, ему поставили пластину. Руки и ноги работали плохо.

С девчонками общаюсь. Была девушка Оксана, знает много языков, ведет онлайн-курсы, пишет стихи, за свой счет издала книгу о ребятах. Оксана приходила ко мне в госпиталь, а я бывал на ее презентациях. 

Она писала и о моих ребятах, о моем водителе Сергее Романовском. Он открывал матч "Шахтер" Донецк во Львове, без обеих ног, на протезах. Сейчас строит дом, сам поднимается на второй этаж. Есть, например, Ваня - остался без ноги, занимается скалолазанием. Ему двадцать четыре года, воевать пошел в двадцать. Вот это люди - кремень, легенды. А я что, уже старый.

- Вы поддерживаете связь со всеми? Как сейчас ваши побратимы?

- Воюют, с позиций не вылезают. По месяцу, по три, по четыре без ротации. С каждым стараюсь говорить хотя бы раз в неделю.

- Наверное, им вас не хватает?

- Конечно. И я бы с удовольствием вернулся. Но, во-первых, с такими диагнозами меня никто не возьмет. А во-вторых, приехать и стать обузой? Там нужно постоянно двигаться, нагрузка совсем другая. Они меня не бросят. А я парень под сто килограммов (не толстый, а спортивный) - им было бы со мной тяжело. 

Я и сейчас стараюсь держать форму. В спортзал уже не хожу - темнеет рано, а после контузии в темноте плохо ориентируюсь. Раньше ходил к пяти утра. Теперь сложнее. Но мы с ребятами все время на связи, они для меня - семья. А куда нам деваться? Это братство. Они без меня, а я без них уже не представляем жизни. Два года были вместе, и вот уже два года они воюют без меня.

Со всеми побратимами Владимир продолжает поддерживать связь. Фото: предоставлено Владимиром Веревкиным